Захоронение радиоактивных отходов: ситуация в Германии

На форум-диалоге «АтомЭко», прошедшем 21–22 ноября в Москве, подробно разбирался опыт других стран по захоронению радиоактивных отходов. Наверное, самый наглядный кейс – то, что произошло (и происходит сейчас) с РАО в Германии.

Но обо всем по порядку. За семьдесят лет существования атомной энергетики человечеством накоплен солидный запас радиоактивных отходов. Большая часть этих отходов – наследие не только «холодной войны», но и старых технологий, активно использовавших радиоактивные материалы. Разумеется, какая-то часть РАО производится и в наши дни, хотя и в несопоставимых объемах.

Так или иначе, проблема нуждается в незамедлительном решении.

Большая часть хранилищ РАО рассчитана на 30 лет, некоторым срок действия пролонгируют до 70 лет, но это уже абсолютный максимум. Строить одно временное хранилище вместо другого, подвергать риску окружающую среду за счет извлечения РАО, переупаковки, транспортировки и так далее – занятие достаточно бессмысленное.

При этом само упоминание о РАО, о радиации настолько неприятно населению чуть ли не всех стран мира, что люди отказываются воспринимать мысль о необходимости финальной изоляции отходов на их территории (имеется в виду не только страна, но и муниципалитет). И если со страной выбора, к сожалению или к счастью, нет – закон не позволяет вывозить собственные РАО за пределы государства, – то с муниципалитетами все не так просто.

Есть страны, в которых уже имеется опыт строительства долговременного, а проще говоря, вечного хранилища – это в первую очередь Франция и Финляндия. Первое приповерхностное долговременное хранилище РАО 3 и 4 классов опасности построено в прошлом году и в России, в городе Новоуральске. Что касается отходов первого и второго классов опасности, их сможет принять хранилище под Железногорском Красноярского края. Разумеется, в том случае, если проект пройдет все необходимые экспертизы и получит поддержку населения. Возможно ли это в принципе?

Руководитель центра общественных и международных связей национального оператора по работе с радиоактивными отходами (НО РАО) Никита Медянцев в ходе круглого стола по работе с общественностью поделился основными трудностями, которые возникают на этом пути.

«Безопасность захоронения РАО – вот главное, в чем нам предстоит убеждать людей. Обеспечение общественной приемлемости – задача номер один. Надо понимать, что организация у нас достаточно молодая, НО РАО создан в 12-м году. Поэтому первое, с чем сталкивается любой непредвзятый человек, вырабатывающий свою позицию по этой теме – недостаток информации. Вкратце опишу основные стереотипы.

Проекты рассматриваются как дополнительная радиационная нагрузка. Хотя контейнеры с РАО абсолютно герметичны. Причем рассматриваются они как дополнительная нагрузка вне зависимости от того, есть там уже объекты ядерной энергетики или нет.

Население считает, что мы превращаем их территорию в ядерную помойку. Как многие журналистские клише, это выражение полностью лишено смысла, но отлично работает.

И, наконец, рост онкологических заболеваний. Считается, что дополнительная радиационная нагрузка на это каким-то образом влияет. Хотя общеизвестно, что 85 процентов радиации в любом регионе страны – это естественная радиация, идущая прямо из космоса. Еще 14 процентов радиационного фона обеспечивает современная медицина. И менее процента приходится на остальные факторы, вместе взятые.

Это не все суждения, но эти обязательно существуют во всех местах, где мы работаем. Наша чаша особенно горька, поскольку мы не связаны с производством и не приносим никакой видимой прибыли территориям. Естественно, люди нам отвечают, как отвечали раньше в США: not in my backyard, только не на моем заднем дворе. Или, в наших реалиях, не на моем огороде.

Добавим к этому готовность неподготовленных СМИ негативно интерпретировать любую информацию по теме и отсутствие отечественных кейсов длительной эксплуатации подобных объектов».

Выход г-н Медянцев видит в формировании детально информированного журналистского и общественного сообщества, что, разумеется, означает длительную работу, на протяжении буквально десятилетий.

Другие участники круглого стола упомянули еще такие, например, контраргументы аудитории против размещения «ядерных могильников», то есть пунктов финальной изоляции РАО, как предложение размещать их не в центре России, а «где-нибудь на границе». И констатировали: с общественностью надо работать, быть максимально честным, объективным, но при этом понимать, что не все точки зрения общественности следует принимать во внимание.

И, наконец, о горьком немецком опыте рассказал доктор Йорг Кронинг. Именно благодаря «общественности Германии» строительство хранилища Конрад затянулось на 30 лет. Впервые об этом строительстве заговорили еще в середине семидесятых. А дальше началось страшное. Могло ли быть иначе с выбранным алгоритмом действий?

«Сперва, – рассказал херр Кронинг, – мы берем карту Германии. Убираем все сейсмически опасные регионы. Затем смотрим наличие подходящих горных пород – глины, гранита и так далее. После исключения регионов, которые нам не подходят по определению, изучаем все аспекты – геологические соображения, строительные характеристики, логистику доставки строительных материалов. После чего публикуется список регионов, в которых размещение возможно.

Начинаются симпозиумы, привлекается общественность. По истечении шести месяцев необходимо прийти к выводу, какой результат может принести размещение этого объекта. Создается сайт, на котором публикуются научные отчеты. Вся информация доступна общественности. На втором этапе регионы, признанные годными для строительства, начинают углубленно изучаться. В том числе рассматривается влияние на экономику региона. Снова проводятся симпозиумы. Окончательный выбор делает федеральная ассамблея».

Здесь-то и происходит главный затык. Немецкие политики всех направлений весьма охотно использовали тему ядерной опасности в предвыборных целях. Так продолжалось десятилетиями. На сегодня ни одна немецкая партия не хочет брать на себя ответственность за то, что дала зеленый свет атомному проекту. Причем любому. Немцы же вообще сворачивают свою атомную промышленность. Переходят на «зеленую энергетику» (то есть на уголь).

Поэтому проект строительства финальной изоляции раз за разом отвергается. На данный момент уже и строительство Конрад под вопросом. Атомщиков попросили найти новую площадку. С немецкой обстоятельностью на это должно уйти не меньше 13 лет. Но есть сомнения, что и к этому сроку они успеют – людей с опытом организации подобных объектов в Германии не хватает, на их образование тоже должны уйти годы, если не десятилетия. Так что в итоге строительство пункта финальной изоляции даже к 2050 году в Германии представляется довольно фантастичным.

«Ну и хорошо! – вероятно, скажут защитники природы. – Не надо нам этих отходов!» Но проблема в том, что отходы уже есть, и они никуда не денутся. Уже сорок лет на поверхности Германии, вблизи парков с зайцами и лебедями, воспетых российскими туристами, складируются мегатонны РАО. И с ними рано или поздно придется что-то делать.

Нужно ли напоминать, что для нашей страны эта проблема еще более актуальна? В России чуть меньше 500 миллионов кубометров радиоактивных отходов.

Не захоронить их в обозримом будущем означает оставить решение вопроса на долю следующих поколений, у которых, возможно, просто не будет денег на то, чтобы эту проблему решить. И что тогда?

ДЕЛА.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *